Интерпретация современных событий, поиск особенной идеи и художественного решения, эмоциональная нагрузка — «Идеи» обсудили с Анастасией Князевой, заместителем директора по научной работе музея, работу над новым экспозиционным пространством.
В начале 2026 года в Мурманске открылось несколько выставочных проектов, посвящённых СВО. Что отличает экспозицию Мурманского областного краеведческого музея? В чём её идея?
Изначально была идея вести повествование не только от лица участников Специальной военной операции, но и всех, кто вовлечён в эти события: участников волонтёрских организаций, жён, детей, матерей наших бойцов.
Наша экспозиция поделена на две зоны. Первая — «поле» — достаточно традиционная по своему содержанию для выставок, посвященных этой теме. Посетитель попадает в импровизированный блиндаж. Здесь личные вещи, принадлежавшие бойцам, изделия волонтёрских организаций. На экранах — кадры с боевых позиций, которые передал музею военкор Александр Друзьяк. В этом разделе раскрываем связь фронта с регионами страны. Из текстов — сухие военные сводки и этикетки, которые мы разместили в отдельных ящичках рядом с витринами. Задача этой части экспозиции была не выстроить макет блиндажа, а воссоздать атмосферу фронтового «поля».
.jpg)
Фрагмент экспозиции
Вторая зона — «двор» — стилизованный двор из пятиэтажек, которые распространены на всей территории постсоветского пространства. Эта часть экспозиции, как мне кажется, и отличает нашу идею. Множество окон, в каждом из которых своя история. В центре двора — беседка, которая является аллегорией к хрупкости сегодняшнего мира, когда птицы превращаются в дроны, а цветы — в боеприпасы, носящие нежные «цветочные» имена.
Окна — это витрины и мониторы. Вещи участников СВО, которые передали их семьи, отражают не боевые действия, а их интересы и увлечения. Мы говорим о бойцах не через призму их подвига (о которых, кстати, можно прочитать на различных ресурсах), а через их личные истории. Это те люди, которые ходили или ходят с нами по одним улицам, увлекаются спортом, болеют за «Спартак», читают книги, занимаются резьбой по дереву. Их родные и близкие сегодня — костяк волонтёрских организаций.
Фрагмент экспозиции
О том, как выстраивается работа между фронтом и регионами, также можно узнать из интервью с участниками событий в этом зале. Всего на сегодняшний день собрано 17 интервью. Мы их собирали (и продолжаем собирать) по совету дизайнера-проектировщика экспозиции Александра Менуса. В полном формате интервью вошли в фонды музея, в сокращённом — в экспозицию. Это беседы с кадровыми военнослужащими, добровольцами, членами семей участников СВО. Музей рассказывает о событиях через голоса сопричастных этой части современной российской истории. С каждым из интервьюируемых подписывали согласие на использование всего интервью или его части в экспозиции и в исследовательских целях. Интервью взяли 17, а в экспозицию вошли 16: один из респондентов не дал согласия на публикацию.
Кто работал над выставкой? Как строился процесс?
Целенаправленно комплектовать фонды музея предметами, связанными со Специальной военной операцией, мы начали с конца 2023 года. Взаимодействовали с правительством региона, региональным отделением фонда «Защитники Отечества», командованием Северного флота, силовыми структурами, газетой «На страже Заполярья», волонтёрскими и общественными организациями. Ответственной за это направление работы стала специалист экспозиционно-выставочного отдела Ирина Колодка.
Во время проведения реэкспозиции музея этот раздел не был заложен. Пространство, в котором сейчас размещена экспозиция, посвящённая Специальной военной операции, изначально предназначалось для временных выставок. Но время диктует свои правила. И необходимо было достойно представить текущие исторические события.
Мы обратились в разные организации, которые уже занимались созданием подобных выставок. Но нам не хотелось излишней патетики и пафоса в этой теме или превращения в игру. Хотелось сделать эмоционально близкое гостям музея пространство, через которое рассказать об основных событиях и людях.
Художник-проектировщик Александр Менус (КБ музейного проектирования «Своя школа»), с которым я уже работала в других проектах, согласился взяться за эту историю. Музей подготовил заявку в национальный проект «Семья» и выиграл её. Но конечный вариант, тот, который мы презентовали в феврале этого года, оказался шире изначально запланированного: шло активное комплектование и взаимодействие с участниками событий СВО. И нас дополнительно поддержало региональное правительство, а также затрачены средства от внебюджетной деятельности музея.
Для подготовки концепции экспозиции была создана рабочая группа, в которую вошли представители правительства, силовых структур, общественных организаций, наиболее активно работающие с темой СВО в регионе. Одобренные членами созданного совещательного органа концепция и дизайн проект согласовывались с губернатором Мурманской области. Этот процесс занял около 4-х месяцев.
От коллег, тесно работающих с музеефикацией событий СВО, часто слышу комментарии о том, что это непростая работа, особенно с точки зрения эмоций. Как чувствовали себя участники команды на протяжении работы над выставкой? Потребовались ли какие-то действия или мероприятия, чтобы поддержать коллег?
Да, я согласна, что это эмоционально непростая тема. Самое сложное — это разговор во время интервью с теми, кто потерял близких людей. Они длительные, от полутора до двух часов. Почти все их собрала наш специалист по экспозиционно-выставочной деятельности Елена Орешета. Ей удалось выстроить доверительные отношения с респондентами, это важно.
Каких-то специальных мероприятий не проводили, но мы понимали особенность её задачи, старались не нагружать работой по другим направлениям. Эту работу проводили с октября 2025 по февраль 2026. Последнее интервью было взято почти перед открытием.
Одно из интервью с родственниками погибшего Героя Российской Федерации брала я. У людей разные эмоционально-психологические пороги. Но я после этого с одной стороны, тяжелого, с другой — нужного разговора не давала себе уйти глубоко в эмоции тем, что осознавала: моим респондентам гораздо тяжелее, чем мне. Один сын погиб, второй — находится «за ленточкой». И в их рассказе нет отчаяния. Есть глубокая боль и бесконечная любовь к своим детям и внукам, переживание за страну.
Какие экспозиционные решения вы использовали? Какой опыт получила команда музея?
Экспозиционные решения — заслуга, в первую очередь, Александра Менуса, которому удалось и воспроизвести атмосферу военных полевых условий, и дать возможность понять ценность мирной жизни.
В «Поле» — чёрно-белые пейзажи, стилизованные под ящики витрины из каркасных конструкций, военные сводки и фотографии, расположенные хаотично и напоминающие осколки.
Осколки изготовлены из оргстекла, это создаёт эффект хрупкости, прозрачности и позволяет работать со светом. Различная форма, размер варьируется от очень маленьких до крупных. Осколки закреплены на тонких стальных тросах (струнах). Они натянуты от потолка к полу, создавая сложную, динамичную и плотную паутину.
Пространство зонируется при помощи простых чёрных конструкций, потолок затянут маскировочной сеткой, создающей ощущение временного укрытия. В образовавшихся зонах размещены витрины с экспонатами. В отдельных ящиках интегрированы мониторы, демонстрирующие архивную военную хронику. Чёрные конструкции и сетка служат образным отсылом к полевой базе или блиндажу, не воссоздавая их буквально, а лишь намекая на атмосферу укрытия и временности через лаконичные современные формы.
Под потолком, на разной высоте, подвешены прозрачные боксы с дронами и осколками внутри. В центре выставочного пространства, интегрированная в основную конструкцию, расположена скамейка для посетителей. Она представляет собой каркас, внутри которого насыпан грунт и размещены трофеи — это напоминание о той среде, где разворачивались события.
Две зоны экспозиции — мирный город и поле боевых действий — соединяет проход, выполненный в виде красного портала. Этот элемент символизирует связь между тылом и фронтом. Яркий цвет одновременно передаёт тревогу и предупреждение, отмечая рубеж. Портал становится метафорой перехода, артерией, связывающей две реальности в единое целое, и проводит зрителя через символическую грань.
Вторая зона — «Двор». Здесь, среди изображений домов, в окнах-витринах представлены личные вещи, а на экранах — человеческие истории. Периметр зала образует силуэт типичного панельного района, который здесь становится хранителем личных историй. Фасады домов с их характерными ритмичными окнами превращаются в многостраничную книгу памяти. Часть окон — с задернутыми занавесками, что как мне кажется, отражает картину сегодняшнего общества. Мы не можем отрицать, что в обществе есть доля тех, кто максимально отстраняется от событий, связанных с СВО.
Фрагмент экспозиции
В самом центре зала расположена инсталляция в виде каркаса беседки — узнаваемого символа дворового общения и досуга. На всю площадь потолка беседки проецируется динамическое видеоизображение неба. Начинается оно с идиллической картины облаков и пролетающих стай птиц. Постепенно, почти незаметно для зрителя, птицы начинают менять форму и ритм полета, превращаясь в рои дронов. Их полет становится более механическим, целенаправленным. На потолке установлены вентиляторы особой конструкции. Их лопасти с одной стороны — это лопасти обычного бытового вентилятора (символ дома, уюта, летней беззаботности). С другой стороны — это лопасти военного вертолета или дрона (символ угрозы, наблюдения, вторжения). В беседкой расположена реальная клумба. На нее проецируется циклическая видеоанимация.
Фрагмент экспозиции
Удобно расположенные лавочки позволяют зрителю остановиться, замедлиться и погрузиться в атмосферу, побуждая к многослойному восприятию инсталляции. Учитывая, что это окончание музейной экспозиции, появилась возможность размещения экскурсионной группы на скамейках.
Из непривычного для нашего музея — размещение этикетажа. Чтобы узнать подробнее о предмете, посетителю нужно сделать целенаправленное действие и достать этикетку из специального ящика: их несколько, по одному в каждом разделе. Этот приём уже видела на нескольких выставках. Мы обсудили его с Александром и поняли, что нашей экспозиции он очень подходит. Рядом с предметами лежат только цифры. Узнать подробнее можно, если произвести некоторое взаимодействие с экспозицией.
Сложность в создании экспозиции в том, что мы продолжаем проживать эти события. Они на острие современной повестки. Сводки, размещенные на осколках, заканчиваются февралем 2026 года. Современная информация размещается в видеоэкране и продолжает летопись.
Как появилась идея оформить экспозиционное пространство именно таким образом? Были ли какие-то другие варианты?
Открывшаяся в феврале этого года экспозиция — это уже третий вариант за год с открытия музея после реконструкции. Тема сложная. Если честно, мы не знали, как подойти к этому разговору с посетителями. Я видела несколько вариантов в разных музеях. Но не получалось эмоционального отклика. Все-таки важен художественный замысел.
Первый вариант у нас тоже получился, скажем так, очень традиционным. Витрины с предметами участников, немного изделий, переданных волонтёрами. На тот момент и количество собранных экспонатов было небольшим и однотипным. Во второй итерации («Сила — в людях») мы начинали вести рассказ с быта блиндажа (воссозданная конструкция) через знакомство с героями СВО региона и волонтерские организации — к мирному дому, где на комоде — фотография с любимым сыном, а сидя в кресле за журнальным столиком можно было написать письмо, чтобы передать его «за ленточку». Эта версия экспозиции появилась уже во время подготовки третьей, окончательной. Нужно было делать пространство более достойным темы.
Тема СВО для многих семей сегодня личная. Как вы подошли к организации церемонии открытия? Какой отклик она вызвала у участников?
Открывали экспозицию вместе с военкором газеты «На страже Заполярья» Александром Друзьяком, который передал нам большое количество фото- и видеоматериалов. Среди участников открытия, помимо высших должностных лиц правительства региона и силовых структур были руководители волонтерских организаций, респонденты наших интервью.
Мы рассказали несколько личных историй. Конечно, без эмоционального всплеска принимать эту тему невозможно. Участники открытия ещё долго не расходились, изучали экспозицию подробно.
Сейчас экскурсии по основной экспозиции мы заканчиваем как раз в разделе, посвященном событиям Специальной военной операции. Заметила, что после окончания посетители не расходятся. Сидят в беседке или начинают слушать рассказы.
Есть ли специальные мероприятия на экспозиции? Если да, то какие?
Специальных мероприятий не проводим. Экспозиция оказалась понятной и самодостаточной. Но по ней сложно проводить экскурсии, очень эмоционально затрагивает и захватывает. Наверное, чтобы подготовить какое-то мероприятие, нужно собрать все эмоции в кулак. А это сложно.
Экспозиция открыта уже почти два месяца. Какие отзывы вы получаете от посетителей?
Отзывы сейчас касаются, скорее, не самой экспозиции, а отношения человека к теме. Кому она близка, отзывается положительно. Вчера, например, после экскурсии молодая девушка лет 15, решила показать мне свои стихи на эту тему. Это трогает. Ей сложно довериться друзьям и знакомым, а в этой экспозиции всё было органично.
Какой опыт, как руководитель проекта, ты получила?
Проект оказался сложным не только из-за того, что приходится работать с темой, контекст которой мы ещё проживаем. Важно было сохранить изначально заложенный замысел — рассказать о событиях Специальной военной операции через личные истории участников, через любовь, дружбу, взаимопомощь. У нас, как мне кажется, это получилось. И в этом большая благодарность министру культуры Мурманской области Ольге Геннадиевне Обуховой и руководителю регионального отделения Российского военно-исторического общества Татьяне Николаевне Вялой, которые продвигали концептуальную идею и активно нас поддерживали на всех этапах создания экспозиции.
***
Анастасия Князева — заместитель директора по научной работе Мурманского областного краеведческого музея, кандидат социологических наук.
Беседовала Аня Михайлова, директор АНО «Идеи для музеев».
Хотите рассказать о своём опыте участия в профессиональном мероприятии? Напишите Ане по адресу anna@ideasformuseums.com