Это первое интервью в нашем медиа, посвящённое реставрации. Мы поговорили с художником-реставратором Ольгой Ивановой из Удмуртского республиканского музея изобразительных искусств о том, как устроена работа с иконами, чем научная реставрация отличается от коммерческой и какие проблемы сегодня переживает отрасль.
Как в музее, посвящённом дачной жизни, появилась выставка об индейцах? Почему она вызвала такой отклик у мужчин 50+ и что дала самим реконструкторам? Директор Музейного центра Гатчинского округа Дмитрий Шумилов — о неожиданных связях, ностальгии и силе живого общения.
Нижегородский государственный художественный музей запустил летние творческие смены для младших школьников. Как родилась идея, как устроен день участника и какие советы дают коллегам организаторы — в интервью с командой проекта.
Государственный музей истории религии сотрудничает с радиостанциями уже не один десяток лет. Как радио стало стратегической площадкой, зачем музею спецпроект с «Питер FM» и что из этого вышло — в интервью с Екатериной Ирзак, заведующей отделом по связям с общественностью.
Музей-макет «Бородинское сражение» в усадьбе Перхушково — крупнейший в Европе макет Бородинского сражения. Исполнительный директор Музея истории военной формы Елена Синицина рассказала о том, как создавался этот уникальный проект, какие технологии используются и почему макет стал сердцем экспозиции.
Как VR-технологии помогают увидеть мир глазами насекомых и змей? Что общего у зоологов, офтальмологов и разработчиков в одном музейном проекте? Татьяна Давыдова — о том, как цифровые технологии становятся инструментом эмпатии, а не просто развлечением.
Как музейный экспонат оказался на перекрёстке в центре общественного пространства, почему бизнес сказал «да» и что из этого вышло? В интервью — две стороны одной коллаборации: музейщик и руководитель «Фабричного квартала» — о синергии культуры и коммерции, живом контакте с аудиторией и неожиданных открытиях.
«Безумие становится территорией абсолютной свободы»: иммерсивный концерт-спектакль в Царицыно
Что происходит, когда барочная музыка, театр и музейное пространство соединяются в одном проекте? В Царицыно создали иммерсивный концерт-спектакль «Восемь безумных женщин» — исследование феномена безумия через музыку XVII века. Мы поговорили с создателями о том, почему безумие становится территорией свободы и как музей может быть не только хранилищем, но и живой сценой для современного искусства.
Север в поле зрения: Андрей Рымарь про умение по-настоящему смотреть, чувствовать и слушать
Что происходит с человеком, когда он перестаёт полагаться на зрение? Как музейная выставка может передать опыт ограничений и стать интересной для всех, а не только для слабовидящих? Андрей Рымарь о том, почему слабовидящие стали наставниками для команды, как «закрытые глаза» превращаются в инструмент познания и зачем музеям соучастное проектирование. Беседовала Аня Михайлова.
Что общего у сибирской деревни, глинобитной печи и древнего деревянного зодчества Карелии? Команда Братского музея отправилась в Забайкалье за забытыми рецептами ангарской кухни, а вернулась с сенсацией: в селе Урлук они нашли амбары с гранёными стыками, которые считались уникальной технологией севера Европы. Читайте интервью с участниками экспедиции о том, как случайная фотография перевернула представления о миграции строительных традиций.