Профессиональное медиа — это рассказ о проектах, которые коллеги-музейщики реализуют в музеях страны и мира. Мы публикуем два типа статей:
Для удобства поиска статей вы можете использовать фильтры. В мае-июле 2026 года мы будем тегировать статьи, чтобы улучшить поиск.
Полевая археологическая школа «ПустозерскЪ» — это практикум на действующем памятнике, где волонтёры без профильного опыта осваивают профессию археолога. О том, как родилась идея, зачем нужна тампонада мерзлотного слоя и что это даёт музею и местному сообществу, — в интервью с Еленой Елисеевой.
Проект «Норильск. Действующие лица» превратил личные истории горожан в музейную пьесу в двенадцати действиях. О том, как строилась работа с участниками, почему изначальная идея аудиоспектакля изменилась и что это дало музею, — в интервью с Натальей Бояркиной.
Спектакль по мотивам рельефов Мавзолея аланского правителя XI века — совместный проект Ставропольского музея-заповедника и краевого театра кукол. О том, как родилась идея, как строилось соучастное проектирование и с чего начать проект о локальной идентичности, — в интервью с командой.
5–6 ноября 2026 года в Дарвиновском музее пройдёт первая конференция «Раннее развитие детей в музее: ценности, стратегии, перспективы». Куратор «Дошкольной академии» Екатерина Симонова рассказывает, зачем музеям объединяться, что общего в работе с дошкольниками в музее динозавров и музее Пушкина и каким видится будущее этого направления.
Выставка «Клещ. Поймать с поличным» в Хабаровском краевом музее превратила историю научного открытия в детектив. Анна Аверина рассказывает, как родилась идея, почему выставка нашла отклик у жителей лесозаготовительных посёлков и что изменилось в музее после проекта.
Глазовский краеведческий музей создал «Зал открытий» — пространство, где подростки сами отбирают экспонаты и придумывают форматы. Наталья Криницына рассказывает о форсайт-сессиях, HADI-циклах, медиации и о том, какие ошибки пришлось исправлять по ходу проекта.
Ксения Чистякова создала «Малышники» — музейные занятия для детей 1–2 лет и их мам. Проект просуществовал несколько лет и стал точкой входа в музей для сотни семей. О том, зачем это нужно мамам, как строились занятия и почему такие проекты держатся на одном человеке — в интервью.
В Рамони создали иммерсивный спектакль о жизни семьи Ольденбургских. Зрители перемещаются по залам дворца вместе с актёрами и проживают историю вместе с героями. О том, как создавался спектакль, с какими ограничениями столкнулась команда и как реагируют зрители — в интервью с директором Дворцового комплекса.
Как сделать музей доступным для людей с разными возможностями восприятия? В Белгородском музее народной культуры создали проект «Народная культура на ощупь и без слов»: тактильные экспонаты, жестовый язык, шрифт Брайля и интерактивные киоски. О том, как родилась идея, что дала поддержка фонда и какие планы у команды — в интервью.
Проект «Север в поле зрения» создаёт выставку вместе со зрячими и незрячими участниками. Куратор «Северной лаборатории» Юлия Шохина рассказывает, как проходили выезды, чему научилась команда музея и почему инклюзия перестала казаться чем-то далёким от повседневной работы.