Как создать выставку, которую смогут «увидеть» все — и зрячие, и незрячие? В Мурманском областном краеведческом музее решили не угадывать потребности аудитории, а пригласить её в соавторы. Так появилась «Северная лаборатория» — шесть выездов, в которых вместе участвовали зрячие и незрячие исследователи. Они собирали артефакты, слушали саамские сказания, чувствовали поморский быт и постепенно формировали основу будущей выставки. О том, как проходили эти выезды и что они изменили в музее, мы поговорили с куратором «Северной лаборатории» Юлией Шохиной.
Расскажите, пожалуйста, нашим читателям, что представляли собой выездные лаборатории? Какое значение они имеют для создания выставки?
Формат выездных лабораторий был разработан для сбора информации и впечатлений, которые легли в основу выставки «Север в поле зрения». Говоря простым языком, участники лаборатории, и зрячие и незрячие, формировали свой пул впечатлений и выражали их через физические артефакты, найденные в местах проведения лабораторий, и через ощущения, которые облекали в рассказы, отзывы, а порой и литературные формы на обсуждениях после выезда.
Северная лаборатория, 1-й выезд, Беличий хвост
С каким опытом вы подошли к реализации этого проекта? Работали ли ранее в инклюзивных проектах?
Никакого опыта работы в инклюзивных проектах ранее не имела. Огромную помощь в плане знакомства с аудиторией оказало обучение тифлокомментированию от ЧОУ ДПО «Ресурсный институт социальной практики» и общение с руководителем библиотеки для слепых и слабовидящих Ольгой Михейловной Левша. Смелость для освоения новых горизонтов черпала в своём базовом образовании — педагогика и психология. Базовые принципы функционирования психики одинаковы, а увидеть и подчеркнуть особенности этого функционирования я и поставила своей основной задачей.
Как вы готовились к этим лабораториям? Было ли что-то новое для вас с организационной, методической точки зрения?
Для лаборатории основным принципом я выбрала иммерсивность. Погрузить участников в атмосферу поморского быта, дать прочувствовать саамские сказания или военные годы Мурманска — каждый из выездов ставил свою задачу. С методической точки зрения, конечно, важен был аспект тактильности. Важно было каждый шаг лаборатории сделать насыщенным впечатлениями без учёта визуальной составляющей.
Что было самым сложным в этом процессе? Как вы и команда справлялись с трудностями?
Трудности не встретились там, где мы их ждали. В первые выезды я прогнозировала сложности с перемещением по разному типу ландшафта, с самочувствием от нестабильной северной погоды — но этого не случилось.
Сейчас весь исследовательский процесс «Северной лаборатории» делится на два этапа. На первом участники присматривались друг к другу, и это можно было бы назвать условным периодом знакомства. А на втором — мы уже действовали вместе, единой командой, сообща.
Северная лаборатория, 2-й выезд, Кандалакшский лабиринт
Какие материалы, истории получилось собрать во время лаборатории? Есть ли у вас любимые сюжеты, детали, которые вы хотели бы увидеть на выставке?
У каждого участника была возможность собрать личную коллекцию артефактов — от почек сосны в июне до камушков с териберских пляжей. После каждого выезда автобус гудел: участники показывали друг другу свои сокровища и обсуждали увиденное. Помню, как сотрудница музея из отдела природы, Александра, нашла в море лист ламинарии и привезла его с собой в музей, а на следующий день конференц-зал нас встретил запахом моря и йода.
Из историй, рассказанных участниками, невозможно особо выделить какие-то определённые. Они все составляют единую картину «Севера» через призму нашего личного поля зрения. Очень надеюсь увидеть на выставке лабиринт и сюжеты нашей северной природы — то, что всегда вдохновляет гостей города и региона.
Северная лаборатория, 3-й выезд, Алёша
Как повлияла лаборатория и как влияет проект «Север в поле зрения» на музей и его развитие?
Могу судить о влиянии на музей с точки зрения своей деятельности. Поскольку должность связана с просветительской работой — проведение в музее экскурсий, мероприятий, взаимодействие с посетителями различных категорий, — то и влияние в первую очередь мне видно с этой стороны.
Во-первых, в музее появились тактильные экспонаты — и не один-два. В залах второго этажа, рассказывающего про природу Мурманской области, разместились тактильные образцы минералов и интерактивная панель с образцами шкур северных животных. Экскурсоводы чаще стали применять тактильные экспонаты и предметы на регулярных экскурсиях. Сотрудница из экспедиции привезла образцы перьев и пуха северных птиц и вручила экскурсоводам.
И это не предел, потому что музей уже выиграл грантовый конкурс «Особый взгляд» Благотворительного фонда «Искусство, наука и спорт», и в данный момент уже согласованы и готовятся к выпуску тактильные макеты теперь уже по истории города и области!
Северная лаборатория, 4-й выезд, Ловозеро
Какие навыки, знания вы получили благодаря проекту? Какие изменения в профессиональном плане считаете важными?
Самое ценное приобретение в любом проекте — это опыт. И он бы не состоялся без «двигателя» нашего проекта — Анастасии Князевой, которая не только курировала реализацию самого проекта в деталях, но и направляла сотрудников музея на пути профессионального развития, расширения компетенций.
Сотрудники музея прошли повышение квалификации: весной — по программе «Доступность музейных экспозиций для людей с нарушением зрения посредством ассистивных технологий», а осенью — по программе «Инклюзивная культура специалистов музейного и туристического пространства».
Инклюзия перестала восприниматься как что-то оторванное от реальной жизни музея и требующее непонятных вложений и сил. Мы все получили подтверждение, что в любом проекте главным звеном являются люди. Если есть взаимообмен и готовность делать что-то вместе, то реализуются самые амбициозные идеи. В узкопрофессиональном плане я убедилась, что пластичность нашей психики и правильно выстроенная коммуникация растворяет любые барьеры.
Северная лаборатория, 5-й выезд, Териберка
Что бы вы сказали коллегам, которые хотят поработать с инклюзивными проектами?
Любой проект предполагает взаимодействие. В теме инклюзии это взаимодействие может быть совершенно неожиданным. Чтобы получить результат в проекте, категорически нельзя бояться и важно быть в контакте с теми, кто может дать обратную связь, и с теми, кто имеет опыт в нужной теме, — ведь тема инклюзии сама по себе очень широкая.
Северная лаборатория, 6-й выезд, Гольфстрим
***
Проект «Север в поле зрения» показывает, что инклюзия — это не отдельное направление работы, а способ думать о музее иначе. Когда зрячие и незрячие участники вместе собирают артефакты, обсуждают впечатления и формируют будущую экспозицию, выставка перестаёт быть «сделаной для кого-то» — она становится общей. И, пожалуй, главный результат этого проекта не только в тактильных экспонатах и грантовых победах, а в том, что сотрудники музея перестали бояться нового. Как говорит Юлия Шохина, «в любом проекте главным звеном являются люди». Похоже, именно это и есть формула успеха «Северной лаборатории».
Юлия Шохина, заведующая отделом просветительской и музейно-образовательной деятельности Мурманского областного краеведческого музея, куратор Северной лаборатории
Беседовала Аня Михайлова, директор АНО «Идеи для музеев», специалист по коммуканициям в проекте «Север в поле зрения»
Фотографии: Анастасия Князева, Марина Ширяева, Александр Пономарев, Александра Задернюк
Подробнее о проекте читайте в канале в МАКСе
***
Северная лаборатория — часть проекта «Север в поле зрения». Итоги совместной работы по 6 выездам войдут в выставку, которую участники создают во взаимодействии с куратором Андреем Рымарем и архитектором Сергеем Падалко.
Проект реализуется при поддержке Благотворительного фонда Владимира Потанина.
Идеи для музеев — информационный партнер проекта
Мурманская библиотека для слепых – партнер по методической поддержке
Хотите рассказать о своём опыте участия в профессиональном мероприятии? Напишите Ане по адресу anna@ideasformuseums.com