«Пусть пойдёт дождь, чтобы пророс музей нашей мечты» — это слова детей, создававших манифест музеев будущего. В нём — отказ от стерильности, запретов и скуки в пользу игры, заботы и жизни. История о том, как детский взгляд становится самым честным зеркалом для любого музея.
Эта статья подготовлена Аней Михайловой и DeepSeek. Аня выступает в роли главного редактора, а DeepSeek как помощник, задача которого — составить конспект на основе транскрипта доклада. В начале идёт конспект, а в конце — комментарии Ани и описание промта, который использовался для совместной работы.
Может ли музей конкурировать за внимание ребёнка с Роблоксом, игрушками Лабубу и альбомами Тейлор Свифт? Оказывается, может. Но для этого нужно не развлекать, а всерьёз спрашивать и слушать. Опыт Cultural Inquiry — о том, как вернуть музею значимость в глазах детей, не догоняя тренды, а создавая пространство, где дети чувствуют себя дома.
MuseumNext Museums Wellbeing Summit 2026
Имя, фамилия докладчика:
Хосе Антонио Гордильо Марторель (Jose Antonio Gordillo Martorell)
Место работы:
Cultural Inquiry — базирующаяся в Цюрихе международная компания, которая помогает музеям по всему миру услышать детские голоса и вдохновиться ими. Среди партнёров — Швейцарский национальный музей, Музей решений в Мумбаи, Zentrum Paul Klee и многие другие.
Должность и зона ответственности:
Основатель и CEO. Разрабатывает и внедряет форматы участия детей в музейном проектировании: от сессий прототипирования, где дети создают макеты музея будущего, до детских советов — постоянно действующих консультативных групп, наделённых реальным влиянием на решения музея.
Фотография 1968 года, которая всё ещё задаёт главный вопрос
Хосе начинает с архивного снимка из газеты Montana Standard. Двое детей в музее повернулись спиной к великим полотнам и заворожённо заглядывают в вентиляционную решётку — что там, внутри? Этот кадр, снятый больше полувека назад, бросает вызов: мы думаем, что знаем, как дети воспринимают музей, но действительно ли мы их слышим?
Как спросить и как услышать: мастерские, советы и статьи в соавторстве
В Cultural Inquiry не ограничиваются разовыми опросами. На сессиях прототипирования с детьми 8–11 лет из школы Бифанг музей будущего создавали в прямом смысле — из картона и красок, опираясь на собственную фантазию. Результат стал передвижной поп-ап выставкой (прим. ред.: временная, легко транспортируемая экспозиция) «Музеи будущего», а дети — соавторами научной статьи в «Журнале музейного образования» (Journal of Museum Education). Другой формат — детские советы, участники которых обсуждают, как использовать искусственный интеллект, привлекать ресурсы и переосмыслить музейное пространство. Хосе сравнивает это с «машиной времени»: дети в реальном времени создают ту реальность, которую мы только планируем.
Шесть уроков от детей
За годы работы Хосе собрал несколько ключевых идей, которыми делятся дети.
- Цветной музей вместо белого куба. Дети мыслят цветом, а музеи, по их мнению, «воруют 99 красок из ста». Нейтральные стены они находят скучными, хотят выражать себя через всю палитру — и ждут того же от пространства.
- Музей для тела, а не только для зрения. Ребёнок заходит в зал и не читает этикетки — он бежит, трогает, прыгает, ложится на пол, проверяет границы. А мы продолжаем проектировать «музеи для головы», удивляясь, что дети устают и рвутся на улицу, в сад или на площадку, где их тело наконец становится частью опыта.
- Заботливый музей вместо музея впечатлений. Однажды ребёнок сказал: «Музеи — это больницы и центры здоровья». Дети ждут от музея заботы — о людях, животных, природе. Забота о душевном здоровье посетителей должна быть в центре внимания, а не оставаться чем-то второстепенным.
- Музей свободного времени вместо музея-программы. Дети хотят сами решать, сколько им быть в музее, чем заниматься и когда просто «побездельничать», заскучать или даже заснуть. В мире тотального расписания и давления музей может стать редким местом отдыха и покоя.
- Живой музей вместо коробки в коробке. Детям тесно в холодных, безликих зданиях, отрезанных от природы. Одна девочка предложила сделать музейную крышу «швейцарским сыром» — чтобы через дырки видеть облака и друзей. Это не просто поэзия, а глубокая потребность в связи с живым миром.
- Музей-игра вместо музея-витрины. Вслед за Марией Монтессори, дети знают: игра — это работа. Они хотят играть во всём, везде и вместе со взрослыми — и разрушать границы между экспонатом и зрителем, между порядком и хаосом.
Манифест музеев будущего и два «облака»
Все эти идеи воплотились в манифест, построенный на двух противопоставлениях, которые сами дети называют «двумя облаками». Одно облако символизирует то, от чего музей должен уйти (стерильность, запреты, скука). Второе — то, к чему прийти (игра, забота, жизнь, цвет). «Из этого облака должен пойти дождь, чтобы пророс музей нашей мечты», — объясняют они.
Вызов, который нельзя игнорировать: Роблокс, Лабубу и Тейлор Свифт
Хосе завершает самым сильным. На одном из детских советов он наблюдал три стихийных способа создать общность — и ни один не шёл из музея. Один ребёнок пришёл с игрой «Вырасти сад» на платформе Роблокс (прим. ред.: Roblox — популярная онлайн-платформа, где пользователи могут играть в игры и создавать собственные), и через три секунды, как магнитом, вокруг него собралась группа. Другая девочка принесла игрушку Лабубу (прим. ред.: коллекционный брелок-зверёк, герой вирусных видео в TikTok) — и мгновенно возникли обмен историями и ссылками на соцсети. Третий — отсылки к новому альбому Тейлор Свифт. За десять секунд сложилась живая, наполненная смехом и движением общность.
Вопрос, который Хосе оставляет нам: способны ли музеи создавать такую же мгновенную, подлинную связь сегодня? Или мы продолжим делать вид, что это «другое», пока дети выбирают Роблокс, Лабубу и Тейлор Свифт? Ответ, уверен он, находится ближе, чем кажется — в каждом ребёнке, который переступает порог музея. Нужно только спросить и по-настоящему выслушать.
Промт для DeepSeek
Как и зачем Аня Михайлова работает с ИИ
Я работаю с ИИ в одном чате, чтобы сохранять контекст разговора. Сначала я показала ИИ наше медиа, чтобы он понял интонацию и особенности коммуникации, проверила, что он понял меня верно. Затем дала задачу, убедилась, что и она понята верно, и потом отправила транскрипт доклада. При этом я сама читаю доклад, чтобы убедиться в отсутствии ошибок и отсебятины.
Ты журналист и копирайтер, специализация музейное дело. Я пригласила тебя помощником редактора, чтобы помочь мне подготовить публикации для сайта Идеи для музеев, где я являюсь главным редактором www.ideasformuseums.com/media Изучи tone of voice, в ответном сообщении напиши, как ты его понял. Я проверю и дам комментарии.
Да, ты всё верно поняла. Отлично. Теперь мы будем работать над новыми публикациями. Наша задача - представить зарубежный опыт реализации музейных проектов. Вот как мы будем работать. Я присылаю транскрипт доклада с конференции MuseumNext. Твоя задача: следуя tone of voice и вот этот принцип "«Профессиональная эмпатия и деятельный оптимизм». В его основе лежит глубокое уважение к аудитории и искренняя любовь к музейному делу" подготовить конспекты этих транскриптов. Ты не придумываешь ничего сама, работаешь только с присланным текстом. Результат должен соответствовать следующей структуре: Имя, фамилия докладчика Место работы докладчика с кратким описанием: где находится, что за учреждение Должность, что входит в обязанности Далее конспект, нужны заголовки, описывающие содержание, и краткие резюме. Напиши, как ты поняла задание.
***
Участие в конференциях MuseumNext — часть программы стажировки, которую Аня Михайлова прошла в 2026 г. благодаря победе в конкурсе Профессиональное развитие Фонда Потанина.